Борис Цирульников: Культурный код в нашем городе пока есть

Борис Цирульников: Культурный код в нашем городе пока есть 07.09.2016

О проблемах города, о городской  элите и креативном классе мы побеседовали с исполнительным директором городского благотворительного фонда «Фонд Тольятти», директором Детской музыкальной школы № 4, советником мэра по социальным вопросам, членом правления ТПП и вообще известной фигурой Тольятти - Борисом Альбертовичем Цирульниковым.   

- Борис Альбертович, объясни для несведущих,  чем занимается «Фонд Тольятти»?

- В Тольятти, как и в любом другом городе, существуют различные социальные задачи. Часть этих задач решает государство - хорошо ли, плохо, но решает. Однако есть задачи, которые государство не может решить по ряду причин. Либо нет полномочий, либо денег, либо еще что-нибудь. И есть группы населения, до которых у государства постоянно не доходят руки - например, это талантливая молодежь, различные группы инвалидов, которые хотят не только лечиться и получать лекарства, но и, например, заниматься активными видами спорта. Таким группам необходима помощь и зачастую  финансовая. Обычно в таких случаях просят  бизнес о выделении денежных средств. А у бизнеса в виду отсутствия специалистов, разбирающихся в социальных вопросах, появляются вопросы о нужности такой помощи, о правильном освоении денег и прочее. Решения могут быть разные: дать кому-то одному, или всем просящим по чуть-чуть, и не обращать внимания, на что потратили, или вообще не давать, ибо незачем. Здесь возникает вопрос: а кто бы мог быть экспертом для оценки этих проектов, за которые просят?

- И этим экспертом выступает «Фонд Тольятти»?

-Да, на этом стыке как раз и появляется фонд местного сообщества -  организация, которая может объективно и профессионально оценить проекты тех, кто нуждается в помощи. Сделать экспертное заключение о потребности в помощи организаций, людей, инициативных групп. Узнать, что они действительно будут делать с выделенными деньгами и какая будет этим решена социальная задача. Фонд, делает эту экспертную оценку, финансирует проекты,  мероприятия по двум направлениям. Одно - Фонд организует ежегодные постоянно действующие конкурсы. Второе - Фонд финансирует проекты по разовым просьбам.   

Цирульников 3.jpg

- А откуда вообще у Фонда деньги?  

- У Фонда несколько копилок. Первая – это средства, которые перечисляет бизнес в Фонд для реализации проектов; к примеру, на стипендии для одаренных студентов. Вторая копилка – Фонд аккумулирует, собирает средства через различные источники. Например, это электронные платежи, которые делаются через СМС, через порталы, через благотворительные карточки. Это средства  частных пожертвований, которые добровольно делают сотрудники на предприятиях, жители города, в общем, частные лица. Еще есть поступления, от самой деятельности и услуг Фонда, от получения   различных субсидии в государственных структурах. Из подобных поступлений создаются именные фонды, фамильные фонды, создаются  средства вскладчину. Вот отсюда получаются деньги у Фонда.
Есть и госфинансирование, муниципальное финансирование – все это зависит от тех проектов и программ, которых Фонд реализует.

 - Другими словами, Фонду доверяют?

- Совершенно верно, Фонду доверяют средства  и государство, и бизнес, и частные лица. Но, подчеркну, задача Фонда не просто раздать деньги, а отследить целевое использование средств и сделать оценку тем изменениям, которые происходят в результате финансирования. Поэтому бизнес и частные лица верят и нанимают Фонд для этого.
  
- Но если бизнес что-то финансирует, то наверняка ждет от этого какой-то отдачи?

- Фонд представляет бизнесменов как людей, которые переживают за то, что происходит в городе. Например, вкладывая средства в тонкие образовательные процессы по своему профилю – в инженерию, робототехнику, - бизнес понимает, что потом в конечном итоге получит этих инженеров, специалистов на свое производство. Банк же предполагает работать с такими будущими специалистами, будущими предпринимателями, давая им кредиты, открывая им счета. Участвуя в благотворительных программах бизнес, благодаря Фонду, получает статус социального, получает информационный пиар, его совершенно с другой стороны узнает население, потребители их продукции и услуг.

Цирульников2.jpg


- А чья была идея создания «Фонда Тольятти»? Какова мировая практика подобных фондов?  

- «Фонд Тольятти» создан в марте 1998 года, то есть нам уже более 18 лет. Основную идею привез я. Поддержали ее тогда Владимир Васильевич Каданников, Сергей Федорович Жилкин и Петр Абрамович Нахманович, глава АВТОВАЗбанка. И после этого Фонд стартовал.
…Я видел в Англии один из самых первых фондов, которые существуют мире. Этот фонд был создан в 474 году нашей эры, то есть ему полторы тысячи лет - и он до сих пор работает. Вообще подобных фондов множество в мире. В России же их более сорока, и мы помогали их создавать, мы их консультировали, передавали свой опыт.  

- Сейчас приоритеты деятельности Фонда наверное, изменились? Ведь денежные потоки уменьшились…

- Понятно, что экономические и политические перипетии, которые происходят, отражаются на Фонде. Мы меняем сейчас тенденции с точки зрения работы с малым и средним бизнесом, но у нас не прекращаются взаимоотношения с такими крупными предприятиями, как Куйбышевазот, Тольяттиазот, СИБУР, АКОМ. Эти предприятия достаточно активно с нами сотрудничают. Помимо крупных организаций, с ними работают и малые, такие как  «Управляющая компания N 2», Рынок «Агро», которые много помогают нуждающимся.  Работают с нами и частные лица. Конечно, рынок меняется, сейчас не те объемы, что были в 2007-2008 году, но средства есть и Фонд результативно работает.

- Но ряд программ, наверное, заморозили?

- Есть программы, которые на сегодняшний день мы пока отложили (а не заморозили), но большая часть программ, связанных с экологией, очисткой леса и рек, программы по работе с одаренными детьми, со студентами-стипендиатами, с инвалидами церебрального паралича и с их семьями - они успешно работают. Эти программы на самом деле самые весомые, насущные, и городу они нужны.

- В Фонде, смотрю, есть большой попечительский совет и комитеты по разным направлениям… 
 
- Вообще, основная задача нашего Фонда – это не только аккумулирование средств и их рациональное распределение, но и объединение людей.  Для этого у нас создан Попечительский совет Фонда, в ходе работы которого высказывают пожелания по технологиям, по направлениям, по векторам, куда нужно развиваться Фонду. Попечительский Совет возглавляет мэр нашего города и входят туда достаточно знаковые люди: все первые лица названных выше предприятий, депутаты, общественные деятели, авторитетные люди города.

- Традиционный вопрос «АвтоСреды»: твои взаимоотношения с автомобилем?

- Я достаточно поздно научился ездить, научился по необходимости, мне было уже более 30 лет. Работал в 1991 году в интернате для слабовидящих, мы создавали малое предприятие для выживания. Был пикап, на котором  я, как замдиректора, ездил, создавая вот это все. Теперь, мне кажется, я  такой активный пользователь. Вместе с женой увлеклись автотуризмом, очень много ездили по стране. И все дети у нас так воспитаны, для них автомобиль тоже некий маленький дом, который передвигается.

- Борис Альбертович, ты новоиспеченный директор Детской музыкальной школы. Зачем тебе школа? Как это связано в Фондом?  

- Есть лаборатории и есть производство. Фонд – это большей частью лаборатория. Здесь мы разрабатываем технологии, внедряем новые проекты, привлекая сюда различные коммерческие, некоммерческие, муниципальные  организации. Передаем эти знания и опыт их руководителям. Мне очень захотелось посмотреть самому, как этот опыт можно использовать на производстве. Как можно переформатировать людей, которые долго работают в одних традициях, на совершенно другое - на проектную деятельность, на привлечение дополнительных средств, на умение применять пиар в информационном пространстве?  Ведь давать советы – это одно, а можешь ли ты воспользоваться ими сам на практике? Поэтому музыкальная школа, помимо прямой задачи - музыкального образования детей - еще и площадка для реализации ряда идей и проектов Фонда во благо воспитанников школы, их родителей, во благо будущего.

- Есть результат?

-  Первый год было очень тяжело. При том, что у меня 25 лет управленческого стажа и хорошее образование. Формация людей, работающих в муниципальном учреждении, совершенно отличается от людей, работающих в коммерческих организациях и некоммерческих внебюджетных партнерствах. Год понадобился, чтоб убрать иждивенческие настроения и поменять их на стремление к партнерству…
Вот, была проблема по набору детей. Всегда все паниковали, что не будет учеников. Для меня это было удивительно: как, ведь такая сильная школа!  Я предложил публичность. Школа становится центром, где проводятся различные мероприятия: концерты, конкурсы, постановки и так далее. На мероприятиях появляется много людей из совершенно других сфер. Стали делать и выездные концерты - в торговых центрах, детсадах, на турбазах. Мы показали всем, кого и как готовим в школе. Стали также работать в соцсетях, наладили собственный сайт, стали выступать в СМИ. В итоге в этом году у нас при поступлении был конкурс   два человека на одно место. И не надо никаких дополнительных наборов!
Более того, люди уже готовы учить своих детей у нас на коммерческой основе, потому что бюджетные места все выбраны. Город узнал и полюбил школу.

- В городе, на твой взгляд, каковы основные проблемы?

     
- Самая большая проблема нашего города та же, что у сбитого с толку человека – наш город мечется и не знает, кто он. Когда ты не понимаешь, куда двигаться, тебе трудно понять, что именно тебе нужно и как это получить. Какие компетенции нужны городу, чтоб развиваться?

    
- А от кого это понимание зависит?

- В городе в свое время была создана элита. Она создавалась Владимиром Жуковым, Сергеем Жилкиным, Владимиром Каданниковым, Леонидом Пахутой… еще многими людьми. А сейчас ее в конечном счете не стало. С кем-то что-то случилось, часть уехала, а многие просто перестали быть граждански активными, потому что их мнение и опыт оказались никому не нужными.  Если раньше Каданников мог собрать совет директоров города в ТПП и попасть туда считалось престижем, честью - то все вопросы, которые там решались, были действительно стратегией развития города.  Сейчас такого нет. Совет директоров при мэре ничего не решает. Разве что какие-то локальные задачки…

- А в чем первопричина-то, что не работает? Люди, законы?..

- Отношение ко всему стало другим. В Тольятти настало время временщиков. Ну, живу себе, пока идет потихоньку, будет совсем плохо – уеду, выведу деньги в Самару, Казань, Китай, неважно. Многие давно создали себе запасные аэродромы.
И вот из-за того, что сегодня в городе нет элиты, к которой прислушиваются – сегодня управление городом стали занимать просто наиболее активные люди. Активные в любой области, от пирожков до космоса. Этих людей, которые везде суются, стало очень много, они выступают с речами на различных сессиях и собраниях, но сами по себе реально делать ничего не могут. К сожалению, вот такое случилось.
Поэтому в нашем городе сегодня самая большая проблема - не только понять, кем мы хотим быть, но понять – кем реально можем. Надо четко и трезво оценить ресурсы, которые есть, и которые придут. И сказать четко: нам необходимо вот то-то и то-то.

- Кто это должен оценить и сказать?

- Ну, должны в конце концов появиться какие-то «буйные». Торгово-промышленная палата, например, может быть такой площадкой, «Ротари»- клубы могут, бизнес-клуб. Другими словами – нужен лидер и команда.
К сожалению, у нас создана очень глухая и узкая вертикаль власти. Может быть, в условиях нынешнего кризиса это важно, но эта вертикаль выхолащивает одну очень важную вещь - креативный класс. Она этот класс уничтожает напрочь. Работа вертикали понятна   указание получили-выполнили, шаг в сторону – "расстрел". Креатив вертикали не нужен и даже вреден. А если нет условий и потребности в креативном классе – он уезжает. Много моих знакомых уже уехали в Москву и Питер. И талантливая молодежь уезжает, появляясь тут раз в неделю, потому что в столице получают они в среднем 150 тысяч рублей, а здесь получали бы 20 за подобную работу. Зачем им здесь что-то делать?!

- Есть в городе позитив на твой взгляд?


- Я недавно задумался о теме на одной прошедшей конференции,  про так называемый культурный код. Есть ли в Тольятти культурный код, как он передается и что мы должны сделать, чтоб не потерять его?
Что радует пока –  код этот у нас есть. У нас много интереснейших дел – это и фестивали «Классика над Волгой», и Молодежный симфонический оркестр, хоры замечательные в городе и так далее. Но культурный код – он как ген. А есть модификационные изменения,  в результате которых происходит мутация. И тогда код меняется. Если сегодня не будет подпитки, условий к развитию, то в конечном счете, из белых бабочек будут рождаться только черные. Наш культурный код сейчас держится на людях, которые уже в возрасте.  Если они не будут его передавать, то в конечном итоге мы превратимся в какую-нибудь поселковую местность.
Тольяттинцы, никто для нас ничего делать не будет. Если мы хотим, чтоб происходили какие-то изменения в городе, в стране - это надо начинать делать самим. Ждать, что кто-то придет и сделает за нас – наивно. И еще: помогайте друг другу, творите благо. Это и будет ваше вложение в тот самый культурный код, который, слава Богу, есть в нашем городе. Считаю, что  наш город - один из лучших в стране с точки зрения благотворительности. Это надо сохранить. Это то доброе, что у нас есть.

Беседовал Сергей Запивахин. 

Подписаться на новости

« Предыдущая публикация     Все публикации     Следующая публикация »



 
 
 

Свежий выпуск газеты

21(315) 9.11.17
архив номеров

Scroll to up